18 марта в Российском центре науки и культуры в Вене с авторской лекцией выступил российский общественный деятель и меценат-просветитель Денис фон Мекк, потомок семей фон Мекк, Давыдовых и Чайковских. ТАСС поговорил с историком об особенностях дворянского воспитания в Российской империи, месте русской культуры в мировом культурном наследии и роли народной дипломатии между Россией и Европой на современном этапе.
Лекция «Точки соприкосновения» прошла в рамках проекта «Музыка без виз» и была посвящена судьбам русских композиторов Петра Чайковского и Сергея Рахманинова. Хотя в своей актуальной серии выступлений фон Мекк не ограничивается биографиями великих музыкантов. В том числе он рассказывает и об особенностях дворянского воспитания в Российской империи. «Думаю, что слушатели открывают для себя очень много нового: например, насколько строгим было во многих случаях дворянское воспитание», — говорит он. Фон Мекк иллюстрирует этот тезис примером из истории своей семьи, рассказывая об одной из прабабушек, окончившей женский институт во времена царской России: «Вопреки нашим сегодняшним ожиданиям, на завтрак у них был только хлеб и вода, иногда — молоко и хлеб. А ведь это были люди очень высоких сословий». По его словам, это ей пригодилось, когда свершилась революция и прабабушка девять лет провела в женских тюрьмах. «Стержень, который был заложен дворянскими принципами воспитания, выдержал. Если бы она была воспитана по-другому, возможно, и сломалась бы», — отмечает семейный историк.
На предположение, могли ли характерные для аристократии того времени ценности стать основой особой «модели успеха», способствовавшей появлению значительного числа выдающихся общественных и политических деятелей, фон Мекк отвечает: «Мы не будем чрезвычайно обобщать, но на примере именно семьи Чайковского можно дать утвердительный ответ. Все мальчики, а их было пять человек, среди которых Петя (композитор Петр Ильич Чайковский — прим. ТАСС), добились огромного социального признания и успеха в совершенно разных сферах, не завися друг от друга. Петя Чайковский на тот момент еще не был известным композитором, чтобы Коля благодаря этому стал известным железнодорожником, Модест — известным педагогом, а Анатолий — сенатором Российской империи». Он также поясняет, какие ценности считает фундаментальными: «Семья Чайковских была основана на любви, и это очень важно. А еще на честности».
Дворянская эпоха подарила России и миру огромный культурный багаж, считает фон Мекк. Русское дворянство оставило за собой такой объем бессмертных произведений литературы, музыки, живописи, что сейчас никто, никакая страна нашу страну уже никогда не догонит и такого же объема вечного наследия не оставит. «Именно те идеалы воспитания и любви к культуре внесли свою лепту в то, что у нас появилось огромное количество выдающихся деятелей культуры — Золотой век, Серебряный век, — которых будут помнить вечно во всем мире», — рассуждает он.
На вопрос, как европейская публика воспринимает его лекции с учетом современной откровенно недружественной политической обстановки, фон Мекк отвечает: «Мы все понимаем, что есть люди, а есть силы, управляющие обществом. Люди — не только в Европе, но и в других регионах — проявляют интерес, но правительства очень многих стран делают все, чтобы не было никаких культурных мероприятий — музыкальных, литературных, каких угодно, — связанных с наследием русской культуры.
Нужно понимать, что многие люди боятся будущего. Поэтому для иностранцев пойти в Российский центр науки и культуры означает, что где-то когда-то в каком-то файле они могут получить некую негативную запись. И они этого действительно боятся. Поэтому посещаемость Русских домов сильно упала за последние годы. А интерес есть, — отмечает фон Мекк. — Отношение обычных людей? Конечно, любят русское искусство, как и любили, но многие настолько обработаны местными СМИ, что даже я как представитель России многократно сталкивался с личным неприятием, агрессией, попыткой помешать проведению мероприятий».
Одно из негативных следствий подобной политики культурной блокады — сокращение присутствия классической российской культуры в информационном поле недружественных стран. «Русское искусство стало гораздо более труднодоступным. Если старое поколение знает, что искать в интернете, оно найдет — музыку Чайковского, литературу Достоевского. Однако сейчас на Западе растет поколение, которое перемещается по городу и не видит на афишах Чехова, Рахманинова, Чайковского и так далее. Соответственно, они просто их и искать не будут. Мощная работа против нашей культуры, естественно, когда-то даст свои плоды», — говорит он.
Решение фон Мекк видит в развитии народной дипломатии, которую можно и нужно рассматривать как очень важную альтернативу государственной дипломатии: «Во времена, когда государственная дипломатия сильно зарегулирована и связана, мы должны десятикратно, стократно активизировать просветительскую деятельность за рубежом».
Фон Мекк признается, что у него есть ощущение «культурного разрыва» Европы с Россией. «С этим ничего сейчас не сделаешь. Во всей (политической — прим. ТАСС) верхушке работает мощная антироссийская пропаганда. Они все верят в то, что друг другу рассказывают, берут на себя какие-то обязательства, а потом еще и друг друга контролируют. Условно, если в одной стране ЕС показать какую-нибудь русскую оперу, то тут же начнут доноситься замечания из других стран сообщества», — поясняет фон Мекк, добавляя, что и сегодня в Европе ставят спектакли по русским авторам, однако говорить не то чтобы о комплиментарной, даже хотя бы о нейтральной подаче материала приходится крайне редко.
«Особенность российской экономики, нашего устройства общества и культуры в том, что у нас очень много всего государственного. И государственные театры не могут ездить с гастролями по недружественным странам, их воспринимают тут как «руку Кремля», пропаганду. Все, что связано с государственным сектором, сейчас здесь отторгается, — говорит эксперт. — Самые большие имена (не будем их перечислять) договариваются о проведении мероприятий, а потом им говорят: «Вы знаете, вот все-таки местные власти или федеральные власти какой-то страны приняли решение удовлетворить обеспокоенность местного населения, подогретую украинскими активистами, что неправильно сейчас пропагандировать русскую культуру, искусство». Это происходит везде и постоянно в последние четыре года», — рассказывает фон Мекк. На вопрос, что же со всем этим делать, он отвечает: «Народная дипломатия и народная культура!»
