Вопрос: Чем на фоне продолжающегося конфликта на Украине отличается нынешняя позиция России по сравнению с 2022 годом и как соотносятся издержки конфликта с прогрессом в достижении стратегических целей?

Ответ: Наша позиция хорошо известна и остается неизменной. Россия открыта к политико-дипломатическому решению. Оно должно устранить первопричины кризиса. При этом речь должна идти о завершении конфликта, а не о прекращении огня. Запад должен остановить поставки вооружений, а Киев – боевые действия. Украина должна вернуться к нейтральному, внеблоковому и безъядерному статусу, защищать русский язык, соблюдать права и свободы всех своих граждан.

Основой для урегулирования могли бы стать Стамбульские договоренности, парафированные 29 марта 2022 г. делегациями России и Украины. Они предусматривают отказ Киева от вступления в НАТО и содержат гарантии безопасности Украины при признании реалий, сложившихся на тот момент «на земле». Ясно, что с тех пор за два с лишним года эти реалии существенно изменились, в т.ч. в правовом плане.

Президент России В.В.Путин 14 июня назвал следующие предпосылки к урегулированию: полный вывод ВСУ из ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей; признание территориальных реалий, закрепленных в российской Конституции; нейтральный внеблоковый безъядерный статус Украины; ее демилитаризация и денацификация; обеспечение прав, свобод и интересов русскоязычных граждан; отмена всех антироссийских санкций.

Киев отреагировал на это заявление вооруженным вторжением 6 августа в Курскую область. Его покровители в лице США и других стран НАТО хотят нанести России «стратегическое поражение». В этих условиях нам не остается ничего иного, как продолжить специальную военную операцию до устранения угроз, исходящих от Украины.

Издержки конфликта наиболее велики для украинцев, чье руководство гонит их, не жалея, на убой. Для России речь идет о защите своих людей и жизненных интересов безопасности. В отличие, кстати, от США, где разглагольствуют о каких-то «правилах», «образе жизни» и тому подобном, видимо, плохо понимая, где находится Украина и каковы ставки в этой войне.

Вопрос: Как Вы думаете, насколько реально достижение военного или дипломатического урегулирования конфликта? Или вероятнее опасность перерастания столкновения во что-то более масштабное из-за поставок современного вооружения НАТО украинским войскам и захода на территорию России?

Ответ: Не собираюсь гадать, это не моя работа. Хочу лишь сказать, что мы более десяти лет пытаемся погасить этот кризис, но каждый раз, когда устраивающие всех договоренности фиксируются «на бумаге», Киев и его хозяева «дают задний ход». Это относится к соглашению февраля 2014 г., которое оппозиция при поддержке США растоптала, совершив госпереворот. Через год были заключены одобренные СБ ООН Минские договоренности, которые саботировались семь лет, причем подписавшие их лидеры Украины, Германии и Франции впоследствии хвалились, что и не думали их выполнять. Документ, парафированный в Стамбуле в конце марта 2022 г., В.Зеленский не подписал по настоянию западных кураторов, в частности, тогдашнего британского премьера.

На данный момент, как мы понимаем, восстановление мира в планы противника не входит. В.Зеленский не отменил свой указ, запрещающий переговоры с Москвой. Вашингтон и его натовские союзники оказывают Киеву политическую, военную и финансовую поддержку для продолжения войны. Обсуждается возможность разрешить ВСУ использование западных дальнобойных ракет для нанесения ударов вглубь России. Такая «игра с огнем» может иметь опасные последствия. Как заявил Президент В.В.Путин, мы будем принимать соответствующие решения, исходя из нашего понимания тех угроз, которые создает Запад. Выводы делайте сами.

Вопрос: Каковы конкретные планы России в соответствии с ее стратегическим партнерством с Китаем и другими державами по достижению изменений в нынешнем мировом порядке, и как, по Вашему мнению, эти амбиции будут реализованы в регионах высокой конкуренции и конфликтов, включая Ближний Восток?

Ответ: Речь идет о том, чтобы адаптировать мировой порядок к современным реалиям. Сейчас мир переживает «многополярный момент». Формирование многополярности – это естественный процесс перебалансировки сил, отражающий объективные перемены в мировой экономике, финансах, геополитике. Позже других, но и на Западе начинают признавать его необратимый характер.

Мы говорим об укреплении новых центров силы и принятия решений на Глобальном Юге и Востоке. Эти центры не стремятся к гегемонии, а понимают важность суверенного равенства и цивилизационного многообразия, выступают за взаимовыгодное сотрудничество, учет интересов друг друга.

Многополярность проявляется в усилении влияния региональных объединений – ЕАЭС, ШОС АСЕАН, Афросоюза, СЕЛАК и других. Эталоном многосторонней дипломатии стал БРИКС. ООН должна оставаться местом согласования интересов всех стран.

Выступаем за то, чтобы все государства, включая США, выполняли свои обязательства наравне с другими, и не прикрывали правовой нигилизм мантрами о своей исключительности. С нами солидарно подавляющее большинство, которое видит, как безнаказанно попирается международное право в секторе Газа и Ливане, а до этого в Косово, Ираке, Ливии и многих других местах.

Наши китайские партнеры могут ответить за себя, но думаю и знаю: они разделяют этот подход в главном – в понимании того, что безопасность и развитие неделимы и что пока на Западе стремятся к доминированию, идеалы мира, закрепленные в Уставе ООН, так и останутся на бумаге.

Вопрос: Какое влияние окажут президентские выборы в США
на российско-американские отношения в случае победы Дональда Трампа или Камалы Харрис и как Россия готовится к обоим сценариям?

Ответ: По большому счету нам все равно, чем закончатся эти выборы, учитывая, что в США сложился двухпартийный консенсус относительно противостояния с Россией. Если в американской политике что-то изменится и появятся предложения к нам, мы будем готовы их изучить на соответствие нашим интересам. В любом случае будем решительно отстаивать интересы России, особенно если речь идет о вопросах национальной безопасности.

Но в целом было бы логично, чтобы хозяин Белого дома, кем бы он или она ни были, сосредоточился на решении проблем своей страны и не искал приключений за десятки тысяч миль от американских берегов. Этого, уверен, желают и американские избиратели.

Вопрос: Чем на фоне продолжающегося конфликта на Украине отличается нынешняя позиция России по сравнению с 2022 годом и как соотносятся издержки конфликта с прогрессом в достижении стратегических целей?

Ответ: Наша позиция хорошо известна и остается неизменной. Россия открыта к политико-дипломатическому решению. Оно должно устранить первопричины кризиса. При этом речь должна идти о завершении конфликта, а не о прекращении огня. Запад должен остановить поставки вооружений, а Киев – боевые действия. Украина должна вернуться к нейтральному, внеблоковому и безъядерному статусу, защищать русский язык, соблюдать права и свободы всех своих граждан.

Основой для урегулирования могли бы стать Стамбульские договоренности, парафированные 29 марта 2022 г. делегациями России и Украины. Они предусматривают отказ Киева от вступления в НАТО и содержат гарантии безопасности Украины при признании реалий, сложившихся на тот момент «на земле». Ясно, что с тех пор за два с лишним года эти реалии существенно изменились, в т.ч. в правовом плане.

Президент России В.В.Путин 14 июня назвал следующие предпосылки к урегулированию: полный вывод ВСУ из ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей; признание территориальных реалий, закрепленных в российской Конституции; нейтральный внеблоковый безъядерный статус Украины; ее демилитаризация и денацификация; обеспечение прав, свобод и интересов русскоязычных граждан; отмена всех антироссийских санкций.

Киев отреагировал на это заявление вооруженным вторжением 6 августа в Курскую область. Его покровители в лице США и других стран НАТО хотят нанести России «стратегическое поражение». В этих условиях нам не остается ничего иного, как продолжить специальную военную операцию до устранения угроз, исходящих от Украины.

Издержки конфликта наиболее велики для украинцев, чье руководство гонит их, не жалея, на убой. Для России речь идет о защите своих людей и жизненных интересов безопасности. В отличие, кстати, от США, где разглагольствуют о каких-то «правилах», «образе жизни» и тому подобном, видимо, плохо понимая, где находится Украина и каковы ставки в этой войне.

Вопрос: Как Вы думаете, насколько реально достижение военного или дипломатического урегулирования конфликта? Или вероятнее опасность перерастания столкновения во что-то более масштабное из-за поставок современного вооружения НАТО украинским войскам и захода на территорию России?

Ответ: Не собираюсь гадать, это не моя работа. Хочу лишь сказать, что мы более десяти лет пытаемся погасить этот кризис, но каждый раз, когда устраивающие всех договоренности фиксируются «на бумаге», Киев и его хозяева «дают задний ход». Это относится к соглашению февраля 2014 г., которое оппозиция при поддержке США растоптала, совершив госпереворот. Через год были заключены одобренные СБ ООН Минские договоренности, которые саботировались семь лет, причем подписавшие их лидеры Украины, Германии и Франции впоследствии хвалились, что и не думали их выполнять. Документ, парафированный в Стамбуле в конце марта 2022 г., В.Зеленский не подписал по настоянию западных кураторов, в частности, тогдашнего британского премьера.

На данный момент, как мы понимаем, восстановление мира в планы противника не входит. В.Зеленский не отменил свой указ, запрещающий переговоры с Москвой. Вашингтон и его натовские союзники оказывают Киеву политическую, военную и финансовую поддержку для продолжения войны. Обсуждается возможность разрешить ВСУ использование западных дальнобойных ракет для нанесения ударов вглубь России. Такая «игра с огнем» может иметь опасные последствия. Как заявил Президент В.В.Путин, мы будем принимать соответствующие решения, исходя из нашего понимания тех угроз, которые создает Запад. Выводы делайте сами.

Вопрос: Каковы конкретные планы России в соответствии с ее стратегическим партнерством с Китаем и другими державами по достижению изменений в нынешнем мировом порядке, и как, по Вашему мнению, эти амбиции будут реализованы в регионах высокой конкуренции и конфликтов, включая Ближний Восток?

Ответ: Речь идет о том, чтобы адаптировать мировой порядок к современным реалиям. Сейчас мир переживает «многополярный момент». Формирование многополярности – это естественный процесс перебалансировки сил, отражающий объективные перемены в мировой экономике, финансах, геополитике. Позже других, но и на Западе начинают признавать его необратимый характер.

Мы говорим об укреплении новых центров силы и принятия решений на Глобальном Юге и Востоке. Эти центры не стремятся к гегемонии, а понимают важность суверенного равенства и цивилизационного многообразия, выступают за взаимовыгодное сотрудничество, учет интересов друг друга.

Многополярность проявляется в усилении влияния региональных объединений – ЕАЭС, ШОС АСЕАН, Афросоюза, СЕЛАК и других. Эталоном многосторонней дипломатии стал БРИКС. ООН должна оставаться местом согласования интересов всех стран.

Выступаем за то, чтобы все государства, включая США, выполняли свои обязательства наравне с другими, и не прикрывали правовой нигилизм мантрами о своей исключительности. С нами солидарно подавляющее большинство, которое видит, как безнаказанно попирается международное право в секторе Газа и Ливане, а до этого в Косово, Ираке, Ливии и многих других местах.

Наши китайские партнеры могут ответить за себя, но думаю и знаю: они разделяют этот подход в главном – в понимании того, что безопасность и развитие неделимы и что пока на Западе стремятся к доминированию, идеалы мира, закрепленные в Уставе ООН, так и останутся на бумаге.

Вопрос: Какое влияние окажут президентские выборы в США
на российско-американские отношения в случае победы Дональда Трампа или Камалы Харрис и как Россия готовится к обоим сценариям?

Ответ: По большому счету нам все равно, чем закончатся эти выборы, учитывая, что в США сложился двухпартийный консенсус относительно противостояния с Россией. Если в американской политике что-то изменится и появятся предложения к нам, мы будем готовы их изучить на соответствие нашим интересам. В любом случае будем решительно отстаивать интересы России, особенно если речь идет о вопросах национальной безопасности.

Но в целом было бы логично, чтобы хозяин Белого дома, кем бы он или она ни были, сосредоточился на решении проблем своей страны и не искал приключений за десятки тысяч миль от американских берегов. Этого, уверен, желают и американские избиратели.