Вопрос: Российские стратегические объекты, в том числе ядерные, могут оказаться под ударом американских ракет с коротким подлетным временем, если США разместят наземные ракеты средней и меньшей дальности в Европе и АТР. Какие дополнительные меры в области ядерного сдерживания может предпринять Москва в этом случае? Будет ли достаточно зеркального ответа с нашей стороны?
С.В.Лавров: Вы, безусловно, правы в том, что развертывание американских наземных ракет средней и меньшей дальности (РСМД) в упомянутых регионах создаст для нас серьезный вызов в сфере безопасности. И, к слову, это проблема не только для нас. В совместном заявлении по итогам недавнего визита Президента России В.В.Путина в КНР отмечено, что такие дестабилизирующие шаги США представляют собой прямую угрозу и нашей стране, и Китаю. Поэтому мы с нашими китайскими партнерами условились наращивать взаимодействие с целью отпора безответственному поведению Вашингтона, подрывающему международную стабильность.
Реализация американцами планов по развертыванию наземных РСМД не останется без нашей реакции. В частности, в этом случае неизбежен отказ от односторонних самоограничений, введенных Россией после выхода США из Договора о РСМД. Не исключаем дополнительных шагов в сфере ядерного сдерживания: ведь американские ракеты передового базирования смогут накрывать командные пункты и места размещения наших ядерных сил. Решения по этим вопросам находятся в компетенции Президента Российской Федерации.
Вопрос: Рассматривает ли Россия возможность наращивания совместных с Китаем военных учений в качестве ответа на действия США в АТР?
С.В.Лавров: В основе взаимодействия в военной области с Китаем лежит высокий уровень взаимного доверия. Российско-китайское сотрудничество направлено на укрепление международной безопасности и осуществляется в соответствии с нормами международного права.
Сопряжение наших усилий не нацелено против третьих стран. Мы и наши китайские друзья вынуждены учитывать негативные военно-политические тенденции в АТР и принимать меры для купирования их последствий.
Мы разделяем мнение относительно важности наращивания оборонного сотрудничества не только на двусторонней основе, но и в рамках многосторонних форматов. Это понимание зафиксировано в совместном заявлении, подписанном по итогам визита Президента России В.В.Путина в КНР. В конкретном плане речь идет о расширении масштабов совместных учений и боевой подготовки, проведении морских и воздушных патрулирований, развитии потенциала совместного реагирования.
Вопрос: С учетом истечения срока полномочий В.Зеленского видит ли Россия силы на Украине, с которыми готова вести диалог о мире? Есть ли у нас понимание, когда СВО может быть завершена?
С.В.Лавров: В Киеве правит «партия войны», и она стремится, как минимум на словах, одержать победу над Россией «на поле боя». В таких условиях диалог о мире трудно себе представить. К тому же, с 30 сентября 2022 г. на Украине действует юридический запрет на переговоры с руководством России.
Что касается юридического статуса В.Зеленского после 20 мая, когда истек срок его полномочий на посту президента Украины, то на этот счет достаточно определенно высказался Президент России В.В.Путин на пресс-конференции в Минске 24 мая.
Будем надеяться, что рано или поздно на Украине появятся политические силы, которым небезразличны интересы народа. Пока же нет иного варианта, как продолжать специальную военную операцию до достижения ее целей.
Вопрос: Существует ли возможность ускорения процесса политического урегулирования ситуации вокруг Украины?
С.В.Лавров: Теоретически – да. Для этого необходимо, чтобы Запад перестал накачивать Украину оружием, а Киев прекратил боевые действия. Чем быстрее это произойдет, тем скорее начнется политическое урегулирование.
Мы неоднократно говорили, в том числе на высшем уровне, что Россия остается открытой для переговоров. Однако необходимо ясно понимать, что речь идет именно о мире, а не перемирии. Нет смысла предоставлять противнику паузу, которую он в очередной раз использует для перегруппировки и перевооружения. Переговоры должны опираться на принцип неделимости безопасности и реалии «на земле».
Вопрос: Есть ли смысл России продолжать сотрудничество с ОБСЕ с учетом проукраинского курса этой организации?
С.В.Лавров: Нельзя отрицать, что ОБСЕ находится в глубоком кризисе. Это результат того, что Запад растоптал все принципы, на которых была основана эта организация. Тотальная «украинизация» ее повестки дня практически сводит на нет деятельность по традиционным направлениям: военно-политическому, экономико-экологическому и гуманитарному.
Пожалуй, единственным смыслом российского участия в ОБСЕ остается возможность доводить нашу позицию по актуальным вопросам напрямую до остальных 56 участников, в том числе до тех государств Запада, которые диалог с нами в других форматах «заморозили». При этом существующее в организации правило консенсуса позволяет нам блокировать не устраивающие Россию предложения недружественных стран.
Вопрос: Сообщалось, что поставленные некоторыми странами НАТО истребители F-16 появятся на Украине в ближайшее время. МИД России заявил, что Москва воспринимает эти самолеты как носители ядерного оружия. Какова будет наша реакция на появление истребителей данного типа на вооружении ВСУ?
С.В.Лавров: Накачка киевского режима все более разрушительными видами вооружений свидетельствует о незаинтересованности Запада в завершении конфликта.
Поставка американских боевых истребителей F-16 не изменит ситуацию на линии боевого соприкосновения. Эти самолеты будут уничтожаться, как и другие виды вооружений, поставляемых странами НАТО на Украину.
При этом надо учитывать, что истребители F-16 долгое время являлись основным средством доставки в рамках т.н. совместных ядерных миссий НАТО. Поэтому не можем не рассматривать поставку данных систем киевскому режиму как преднамеренное сигнальное действие НАТО в ядерной сфере. Нам пытаются дать понять, что на Украине США и НАТО готовы буквально на все.
Тем не менее рассчитываем, что проводимые в эти дни российско-белорусские учения по отработке применения нестратегического ядерного оружия вразумят наших оппонентов, напомнив им о катастрофических последствиях дальнейшего продвижения по лестнице ядерной эскалации.
Вопрос: Как Вы оцениваете заявление Вашингтона по поводу возможного отказа от поставок некоторых вооружений Тель-Авиву в свете израильской операции в Рафахе? Почему не последовало подобной реакции США после обстрелов ВСУ российских городов?
С.В.Лавров: Опыт нашего общения с американцами красноречиво говорит о том, что доверять заявлениям США не стоит. Мы долго хотели им верить, вели переговоры, заключали договоренности. Но впоследствии оказывалось, что все свои «обещания», которые в том числе фиксировались на бумаге и в резолюциях Совета Безопасности ООН, Вашингтон выполнять не собирался.
Американцы продолжают публично рассуждать о своей приверженности справедливому решению палестинской проблемы. При этом на практике щедро подливают масла в огонь вооруженного противостояния. Полгода Вашингтон блокировал принятие СБ ООН решения о прекращении огня, фактически дав «зеленый свет» на разрушение сектора Газа. Когда же в марте с.г. американцы вынужденно воздержались при голосовании, и Совет одобрил резолюцию с требованием остановить боевые действия, представитель США без тени смущения заявила, что документ Совета Безопасности ООН не имеет обязательной силы.
Заявление Вашингтона о приостановке поставок боеприпасов Израилю коснулось одного типа боеприпасов – авиационных бомб, – причем лишь из «одной партии краткосрочной помощи». Несколько дней спустя Палата представителей Конгресса США одобрила законопроект об отмене «паузы» в поставках оружия Израилю. Если документ, подготовленный республиканцами, будет принят и в Сенате, он не позволит Белому дому отказывать Тель-Авиву в поставках военной помощи.
Что касается второй части вопроса, то ответ на него вполне очевиден. В американской Стратегии национальной безопасности Россия названа непосредственной угрозой. США и НАТО прямо говорят о том, что их цель – нанести нашей стране «стратегическое поражение». В этом контексте судьба гражданского населения российских городов не интересует Белый дом, который стал соучастником преступлений киевского режима.
Вопрос: Председатель КНР Си Цзиньпин заявил, что Пекин поддержит мирную конференцию, признанную и Россией, и Украиной. Как Москва оценивает позицию Пекина по украинскому кризису? Если Пекин предложит провести мирную конференцию по Украине, поддержит ли такое предложение Москва? Какие темы, по мнению России, можно было бы на ней обсуждать?
С.В.Лавров: Высоко оцениваем конструктивную линию Пекина в контексте украинского кризиса. Китайские друзья понимают природу его возникновения и суть происходящего. В феврале прошлого года они предложили план урегулирования конфликта. В этом апреле Председатель КНР Си Цзиньпин призвал снижать градус напряженности в целях установления мира и обеспечения стабильности, а не подливать масла в огонь и руководствоваться исключительно собственными корыстными интересами. Хочется надеяться, что на Западе и в Киеве сделают правильные выводы.
Что касается идеи своевременного созыва международной мирной конференции, которая обеспечивала бы равноправное участие России и Украины и обсуждение всех имеющихся мирных инициатив, то расцениваем ее как продолжение усилий Пекина по созданию условий для урегулирования украинского кризиса. Разделяем позицию о том, что, прежде всего, необходимо устранить его первопричины, обеспечить законные интересы всех сторон с последующим выходом на договоренности на основе принципа равной и неделимой безопасности. Подчеркну еще раз: это предполагает уважение сложившихся «на земле» реалий, отражающих волю проживающих там людей.
