Основные тезисы:
- Мы от контактов с Берлином не отказывались, «мостов» не сжигали, сотрудничество не сворачивали. Не раз заявляли, что российская сторона открыта к диалогу, который должен выстраиваться на равноправной основе, с учётом наших принципиальных интересов. Новое правительство ФРГ заинтересованности в восстановлении такого диалога пока что не проявляло — ни публично, ни по дипломатическим каналам.
- От планов нанесения России «стратегического поражения» никто на самом деле не отказывался. Просто раньше достижение этой цели мыслилось в основном за счёт военно-технических средств, путём накачивания Украины вооружениями и военной техникой. Когда стало понятно, что на поле боя победить Россию не удастся, акценты постепенно начали смещаться, процесс масштабируется на более длительную перспективу, включая постконфликтный период.
- Европейские страны, осуществляющие масштабную политическую, военно-техническую, финансовую и идеологическую поддержку Киева, фактически являются стороной украинского конфликта. Заинтересованности в установлении политико-дипломатического диалога с Россией у них нет. В этой связи оснований для участия европейцев в переговорном процессе пока не просматривается. Их позиция нам хорошо известна.
- Отказ от приглашения представителей России на памятное мероприятие в Бундестаге по случаю Международного дня памяти жертв Холокоста не делает чести его организаторам. То же касается наблюдаемых сегодня попыток замолчать решающую роль Красной армии и советского народа в разгроме нацизма, предать забвению процесс послевоенного исторического примирения наших народов, уйти от признания преступлений Третьего рейха и его пособников геноцидом народов СССР.
. В Германии сохраняются высокие цены на электроэнергию, что продолжает негативно влиять на конкурентоспособность производимых здесь товаров. Системообразующие отрасли промышленности в кризисе. Предприятия закрываются или уходят в зарубежные юрисдикции. Растёт волна банкротств. Рабочие места сокращаются. Падает благосостояние граждан. Мы отнюдь не испытываем злорадства от того, что соображения текущей политической конъюнктуры, замешанной на русофобии, вынуждают германские власти двигаться по этому пути.
9 февраля 2026
