Анализ итогов выборов в Европарламент показывает, что Европа больше не будет такой, какой ее представляли либеральные силы последние 30 лет. Об этом в беседе с «Российской газетой» заявил немецкий политолог, председатель Евразийского общества Александр Рар.

Очевидным является факт, что Европа правеет, что в парламенте будет правоцентристское большинство. Позиции зеленых, левых и либеральных сил подорваны, у них больше не будет того влияния и доминирования. Но насколько этот Европейский парламент вообще обладает влиянием? Европа — не демократическое сооружение. Ее создали так, что, с одной стороны, есть видимость некой общности, сотрудничества, единогласия. На самом деле власть в главных руководящих институтах определяется странами-членами ЕС. И это не Мальта, Кипр, Бельгия или Голландия, это — Германия и Франция. В связи с тем, что и Макрон, и Шольц потерпели жуткое поражение на этих выборах, возникает вопрос состоятельности лидерства Парижа и Берлина. Либеральные силы по-прежнему находятся во властных институтах ЕС, в бюрократии, они не могут допустить, чтобы лидерство в Европе перешло к правым.

Во Франции становится очевидным, что будущим президентом будет уже не Макрон, а человек Ле Пен или сама Ле Пен. В Германии фактически выиграла не «Альтернатива для Германии», как многие пишут, а христианские демократы. Они требуют перевыборов, хотят скорейшей отставки Шольца. Но для формирования правительства им нужен коалиционный партнер, которым скорее всего станут те же «Зеленые». В плане курса Германии, в том числе и по отношениям с Россией, изменений не предвидится.

С другой стороны, поскольку французский и немецкий моторы в Европе буксуют, возникает множество вопросов, кто будет главной влиятельной силой в будущей Европе. Несмотря на все давление, усиливается роль Орбана. За ним могут последовать и другие страны, в первую очередь, в Восточной Европе, которые будут выступать за укрепление прав национальных государств. Их в меньшей степени будет беспокоить бюрократия Брюсселя. Идеи о том, что надо больше власти передать в Брюссель, ушли в прошлое. В этом отношении в Европе произошли большие изменения. Формат Европы будет не таким, как его представляли либеральные силы последние 30 лет.
Как эта новая европейская конфигурация повлияет на отношения европейских столиц с Москвой, зависит, в том числе, и от России. В Европе испытывают жуткую усталость от конфликта на Украине. И все понимают, что восстановление Украины будет стоить огромных денег. Пока в Германии и во Франции у власти находятся либеральные элиты, они будут Украину поддерживать, но эта поддержка будет со временем уменьшаться. Просто и деньги кончатся, и политическая воля уже будет не та. Все ждут конца конфликта, многим он просто надоел. Об этом не говорят, но, если в конце этого года или начале следующего было бы какое-то примирение, это бы пошло на пользу и Европе, и России. Европейцы хотят опять вернуться к экономическому развитию, решать энергетические, миграционные кризисы, которые больно по ней бьют. Конфликт на Украине мешает европейцам делать то, что сейчас Европе действительно нужно: проводить внутренние реформы и налаживать свое социально-экономическое благосостояние.

Анализ итогов выборов в Европарламент показывает, что Европа больше не будет такой, какой ее представляли либеральные силы последние 30 лет. Об этом в беседе с «Российской газетой» заявил немецкий политолог, председатель Евразийского общества Александр Рар.

Очевидным является факт, что Европа правеет, что в парламенте будет правоцентристское большинство. Позиции зеленых, левых и либеральных сил подорваны, у них больше не будет того влияния и доминирования. Но насколько этот Европейский парламент вообще обладает влиянием? Европа — не демократическое сооружение. Ее создали так, что, с одной стороны, есть видимость некой общности, сотрудничества, единогласия. На самом деле власть в главных руководящих институтах определяется странами-членами ЕС. И это не Мальта, Кипр, Бельгия или Голландия, это — Германия и Франция. В связи с тем, что и Макрон, и Шольц потерпели жуткое поражение на этих выборах, возникает вопрос состоятельности лидерства Парижа и Берлина. Либеральные силы по-прежнему находятся во властных институтах ЕС, в бюрократии, они не могут допустить, чтобы лидерство в Европе перешло к правым.

Во Франции становится очевидным, что будущим президентом будет уже не Макрон, а человек Ле Пен или сама Ле Пен. В Германии фактически выиграла не «Альтернатива для Германии», как многие пишут, а христианские демократы. Они требуют перевыборов, хотят скорейшей отставки Шольца. Но для формирования правительства им нужен коалиционный партнер, которым скорее всего станут те же «Зеленые». В плане курса Германии, в том числе и по отношениям с Россией, изменений не предвидится.

С другой стороны, поскольку французский и немецкий моторы в Европе буксуют, возникает множество вопросов, кто будет главной влиятельной силой в будущей Европе. Несмотря на все давление, усиливается роль Орбана. За ним могут последовать и другие страны, в первую очередь, в Восточной Европе, которые будут выступать за укрепление прав национальных государств. Их в меньшей степени будет беспокоить бюрократия Брюсселя. Идеи о том, что надо больше власти передать в Брюссель, ушли в прошлое. В этом отношении в Европе произошли большие изменения. Формат Европы будет не таким, как его представляли либеральные силы последние 30 лет.
Как эта новая европейская конфигурация повлияет на отношения европейских столиц с Москвой, зависит, в том числе, и от России. В Европе испытывают жуткую усталость от конфликта на Украине. И все понимают, что восстановление Украины будет стоить огромных денег. Пока в Германии и во Франции у власти находятся либеральные элиты, они будут Украину поддерживать, но эта поддержка будет со временем уменьшаться. Просто и деньги кончатся, и политическая воля уже будет не та. Все ждут конца конфликта, многим он просто надоел. Об этом не говорят, но, если в конце этого года или начале следующего было бы какое-то примирение, это бы пошло на пользу и Европе, и России. Европейцы хотят опять вернуться к экономическому развитию, решать энергетические, миграционные кризисы, которые больно по ней бьют. Конфликт на Украине мешает европейцам делать то, что сейчас Европе действительно нужно: проводить внутренние реформы и налаживать свое социально-экономическое благосостояние.