С 8 по 12 сентября на онлайн-площадках журнала «Театрал» пройдет международный фестиваль «Мир русского театра». Одним из участников станет датско-российский театр «Диалог», который представит моноспектакль «Подлинная история фрекен Хильдур Бок, ровесницы века». В преддверии фестиваля поговорили с художественным руководителем «Диалога», актрисой Татьяной Дербенёвой-Якобсен о создании театра с целью сохранения актерской профессии, о датских коммунистах среди зрителей и стремлении передать своим ученикам любовь к русскому языку.
– Татьяна Максимовна, мы сейчас разговариваем в Москве. Часто ли вам удается выбираться в Россию? Привозит ли сюда «Диалог» спектакли на фестивали?
– Да, но не так часто, как хотелось бы. Недавно были на гастролях в Карелии с нашей «Старомодной комедией». Как ее принимали в Таллине несколько лет назад! Зал – битком, по всему городу – рекламные баннеры-растяжки о нашем спектакле. Сейчас у нас, как у русского театра в Дании, ситуация сложнейшая. Выручают мои театральные друзья в разных странах, которые приглашают к ним приехать. Иначе спектакли начали бы умирать.
– Вы переехали в Данию в 1992 году, оставив карьеру актрисы в «Ленкоме». Сложно далось такое решение?
– Мой муж был датским коммунистом. Он получил филологическое образование в Дании, приехал в Россию учиться в Академии общественных наук при ЦК, а после работал в Москве переводчиком в издательстве «Прогресс». Мы никуда не собирались уезжать, но Союз распался, он потерял работу и у нас отбирали ведомственную квартиру. Поэтому я уехала в Данию за мужем.
Марк Анатольевич Захаров понимал, что значит для меня оставить театр, и сделал невероятную вещь. Он оставил меня в труппе «Ленкома», но без сохранения содержания. Я прилетала и доигрывала свои спектакли, вводила других актрис на свои роли. Марк Анатольевич прекрасно понимал, что я в чужой стране с ума начну сходить без театра.
– В Дании вы основали театр «Диалог», который существует уже почти 25 лет. Это по-прежнему единственный профессиональный русский театр в стране?
– Если человек любит театр, он обязательно организует его в любой точке мира. В Дании мы единственный профессиональный драматический театр. Но есть еще актриса из Петербурга, которая тоже переехала и основала студию кукольного театра.
Вообще «Диалог» родился как антрепризный театр. Найти профессиональных русских актеров по Европе было нелегко, поэтому приглашали артистов из России. В первом нашем спектакле, он назывался Sorry по пьесе Александра Галина, играл народный артист России Александр Михайлов. Потом замечательный драматург Владимир Малягин написал для нас пьесу «Суд человеческий. Императрица Дагмар» о семье Романовых. Императрицу Марию Фёдоровну играла народная артистка России Нина Ивановна Дробышева, она была безумно на нее похожа! Я была Великой княгиней Ольгой. Этот спектакль полностью оплатила Россия. Мы, естественно, с бухгалтером, отчитывались за все деньги в Правительстве Москве, и даже привозили этот спектакль в Театр Маяковского, на Сцену на Сретенке. Потом с финансированием стало сложнее. Но тем не менее со «Старомодной комедией» нам помогал Союз театральных деятелей, который возглавлял Александр Калягин. Он знал наш театр. Теперь финансирование и вовсе закончилось. Сейчас в Москве буду пытаться найти хоть какие-то средства. Нас пригласили на два фестиваля – один в Литве, другой в Финляндии. Но ехать нам не на что.
– В сентябре 2023 года «Диалог» еще и лишился своего дома, который занимал много лет. Где сейчас театр играет свои спектакли и обзавелся ли новой постоянной площадкой?
– Когда закрывали Российский центр науки и культуры, где многие годы находился «Диалог», нам дали три дня, чтобы забрать декорации, костюмы и все вещи. Я сразу позвонила родителям моих учеников, и через день у ворот центра выстроился картеж из машин родителей моих детей. Я стояла плакала и только успевала фотографировать, кто куда что повез. Люди нас спасали, я этого не забуду никогда!
Потрясающий российский посол, который сейчас работает в Дании, поддерживает наш театр, помог с площадкой для репетиций. Это большое благо!
– Сколько спектаклей в репертуаре «Диалога»?
– Пять взрослых и один для детей. Он называется «Проделки Бабы-Яги», там я, естественно, играю Бабу-Ягу, а мои дети – разных зверушек. Мы с этим спектаклем ездили в Гамбург, там замечательная русская школа и совершенно нет русофобии. Даже в маленькой гостинице, куда нас поселили, портье старался говорить с нами по-русски. В Дании совсем другая картина, к сожалению. С «Проделками…» еще ездили в Литву – в Клайпеде проходит потрясающий детский фестиваль «Янтарная заря».
Сейчас у нас в работе три спектакля, в планах – еще одна премьера.
– Чем вас заинтересовала пьеса «Подлинная история фрекен Хильдур Бок, ровесницы века», спектакль по которой вы представите на фестивале «Мир русского театра»?
– В этом моноспектакле я играю очень пожилую женщину, и в моей героине так много всего! За долгую жизнь у меня самой накопилось столько впечатлений – и горестных, и радостных, – что появилось потребность поделиться ими со зрителем. У нас с фрекен Бок даже пересекаются судьбы – я со сцены говорю о событиях, которые произошли в моей реальной жизни. Три года назад умер мой любимый муж, и я в спектакле рассказываю абсолютную историю нашей жизни, говорю, как по нему скучаю. Как удержаться от слез? Не знаю… Но я не имею права плакать в спектакле, потому что тогда я сочувствую себе, становлюсь зрителем, понимаете?..
– Как «Подлинная история…» возникла в репертуаре «Диалога»?
– В 2019 году я еще работала референтом по культуре в Российском центре и придумывала театральные программы, приглашала актеров и музыкантов. У нас с творческими вечерами были и Николай Караченцев, и Георгий Тараторкин, и Алла Демидова. Когда я делала фестиваль русских театров в Дании, познакомилась с Алисой Вертовой, актрисой и режиссером из Израиля. Она предложила поставить «Подлинную историю фрекен Хильдур Бок, ровесницы века», эта пьеса ей очень нравилась. Так и появился наш спектакль, один из самых успешных в репертуаре «Диалога». В прошлом году мы с ним получили Гран-при на фестивале русскоязычных театров в Риге.
Алиса на репетициях жестикулировала, как дирижер. Я к этому так привыкла, что однажды сказала ей: «Как же я буду играть, когда вы, Алиса, не будете помогать мне руками из зала?». Но, как видите, справляюсь!
– Как часто вы приглашаете режиссеров на постановку?
– Практически всегда. Сама я ставлю только детям.
– По каким критериям выбираете режиссеров?
– Мне должно быть интересно сыграть в их спектакле. Моей целью создания театра было же сохранение актерской профессии. Я даже сейчас думаю, что вряд ли получила бы в «Ленкоме» те роли, которые сыграла в нашем театре.
– Кто ваш зритель в Дании?
– Русскоязычные, что по многу лет живут в этой стране. Еще датские коммунисты приходят, которые знают русский язык. Правда, не знаю, существует ли сейчас в Дании такая партия. Кстати, с одним датским коммунистом у нас приключилась уникальная история! Меня разыскивал какой-то пожилой господин из дома престарелых. Я этого человека, естественно, не помнила, но выяснила, что он 20 лет проработал в Москве и однажды приходил в наш Российский центр и, как сумасшедший, показывал всем свой русский паспорт. Ради него он отказался от датского гражданства, потому что иметь двойное было нельзя! Потом у него в Дании заболела мама, он приехал к ней, а обратно в Россию его уже не пригласили. Как он страдал! Когда я пришла к нему в дом престарелых, он чуть не плакал: «Таня, я вас искал. Я не хочу умирать без гражданства, я же русский человек», – говорил мне датчанин. Мы даже поначалу думали, что он ку-ку, но нет – просто очень любит Россию. Что вы думаете? Мы добились, чтобы ему продлили российское гражданство, и в июле вручили российский паспорт! Это просто наш подвиг, я считаю. Он был счастлив! Теперь хочет найти дом престарелых в Москве и перебраться туда из Дании.
– При «Диалоге» есть театральная студия для детей, а существуют ли какие-то курсы для взрослых?
– До недавнего времени была студия для взрослых, в ней занималось восемь человек. Екатерина Пастухова, замечательный режиссер из Финляндии, поставила для них спектакль по рассказам Зощенко, а я – «Счастье любить» по прозе Чехова. Но студия окончательно распалась, когда начался ковид.
– Что касается детской студии, ребята какого возраста и из каких стран в ней занимаются?
– Я в шутку называю нашу студию «Союз нерушимый», потому что в ней состоят ребята из Эстонии, Чечни, Армении, Киргизии, Узбекистана. Родители моих учеников хотят, чтобы их дети не потеряли русский язык. Я это очень уважаю. У меня сейчас занимается мальчик потрясающий, у него папа армянин, а мама из Киргизии. Он такой чудесный и способный! Есть талантливая девочка из Харькова – они, видимо, беженцы.
По возрасту ребята смешанные, поэтому я делаю разные занятия для детей 7-9 лет и кто старше 12. Самым взрослым моим ученикам уже 18 исполнилось. Представляете, один мальчик перестал ходить в студию только когда у него начались серьезные экзамены в университете. И многие из прежних учеников до сих пор нам помогают, потому что мы дружим семьями. Я очень ценю эту дружбу! Самое главное для меня – научить ребят любить театр и русский язык. Всегда радуюсь, когда после занятий они начинают интересоваться Пушкиным, Островским, нашими замечательными поэтами. Для меня это очень важный результат.
